Путанно как-то. Но что есть.
человек тебя не видит. и не слышит. он ведет войну со своими демонами. а ты стоишь и недоумеваешь. ну ты же точно делал не то и говорил не про это, а человек стоит и кричит про что-то свое. а ты сначала заведешься так и хочешь в ответ накричать, ну просто потому что реакция. но тормозишь себя. и смотришь на все это со стороны. тоесть вот ты есть и вот тебя не надо. нагляднейший пример. тебя просто не надо. у человека такие ладные диалоги ведутся с воображаемыми друзьями, что тебе в них не протиснуться. не вклиниться. не достучаться. и смотришь как человек вот уж совсем на взводе. бегает. хаотичные движения по квартире. а ты только и лепечешь, что все не так и не про то и это совсем не то, что вы подумали. от чего чувствуешь себя еще более идиотом, которого застали в постели со шлюхой и все уже настолько ясно что совершенно не важно.
Более того, у меня в кармане нет диплома высшего образования. И ужасно рваный опыт работы. Мое резюме не предмет вожделения богатых и щедрых работодателей, а личных ресурсов открыть свое дело нет.
И временами кажется что все, пиздец. Нет ни сил. Ни желания. Ни надежды. Ничего. В голове бегущей строкой про то что пора домой. Что не хрена не выходит. Не получилось до сих пор не получится и дальше. И только зря ерепенешься. И все равно же не хрена, ну вот совсем не хрена не сделала и не реализовала из всех возможностей и множества идей.
Но я остаюсь. Я выдыхаю. Вдыхаю. И отдаюсь чувствам. Они шепчут мне про то сколько в моей жизни любви. Сколько людей, которых я люблю нежно, заботливо, ласково. Сколько тех, о ком вспоминая, в моем сердце тихонечко разливается тепло. Оно согревает меня очень в такие моменты отчаяния. На глаза наворачиваются слезы и я испытываю то самое щемящее - материнское. Дышать становится тяжелее ... всплывает музыка, образы, цвета, прохлада свежего ночного вот уже весеннего воздуха, смех и улыбки друзей, добрые слова близких, забота и поддержка родных, чудеса и волшебство Вселенной, ласка и причуды погоды, вкус свежесваренного кофе и запахи, водоворот запахов и меня уносит в этот водоворот наполненности и энергии. Я черпаю и черпаю. Пью. Насыщаюсь. Плачу и проживаю.
Я конечно тут же не подорвусь и не рвану свершать великие дела. Да и завтра вряд ли. Может и послезавтра останусь на диване. Меня только наполняет про то что не зря. Все не зря. Пусть несовершенно. Пусть чертовски несовершенно. Но точно не зря. Много того самого, настоящего в моей жизни. Мне есть из чего черпать. Я благодарю. Благодарность, когда настоящая тоже такая насыщающая.)
Кусаются и волосы друг у друга выдергивают. Разбегутся по углам, поскулят раны по зализывают и снова в бой, с большим рвением и не на жизнь, а на смерть уже.
И до того тоскливо, волком бы обернуться да рвануть в леса сугробные, к ручьям оттаившим и завыть во всю глотку волчью. Что бы до хрипоты, до изнеможения. И снова бежать, разрывая собой воздух, приминая под собой опавшие листья. Свалиться под кустом шиповника и выть, выть, выть.
А потом уставшим приползти домой обернувшись в свое человечье, лечь лицом к стенке под теплое одеяло и тихонько заскулить заплакать.
Спасибо!\
Спасибо, мне! Спасибо тебе! Спасибо Вам!
Я то оказывается счастлива! И это замечательный период в моей жизни. Прекрасный период сидения дома. Поиска себя. Прогулкам по снам. Неуверенности, самокопания, тревоги, гармонии, мудрости, непредсказуемости, узнаванию себя и других, разрушения "я знаю" и принятия "я не знаю". Соотношения "я хочу" с "а хочу ли я". Принятия нечегонеделания и практикование его же, как бы тревожно в попе не урчало шило. Обнаружение страхов, разглядывания их и заглядывание во всю их глубину, цепляясь за друзей и близких когда пошатывает от неуверенности и ощущения полного безнадежья и шатания над пропастью. Принятие и прошение помощи. Дарение любви. Прочувстования ощущения жалости на собственной шкуре. Бросание курить. Хождение, брождение во тьме, что бы выйти на дорожку лесную, кривую, но свою. На которой листья и незабудки. Страх отпустить не нужное, но такое привычное, что бы соприкоснуться с родным, но таким неизведанным и не понятным, не прочувствованным. Осознания что путей не два, а великое множество вариантов и нахождение в себе мужества не грохаться в обморок от этого осознования, а стояние и принятие его, вместе со всеми вылезшими из шкафов и теней драков-дракул. Отсоединение от других, ответвления от родных, принятие не важности и важности. Ох. Много то как всего. Спасибо мне. И моему терапевту. И моей семье. И моим друзьям. Близким, родным и таким терпеливым.
Умение петь, то есть
а). не бояться вообще звучать
б). управлять высотой звука
- вполне нарабатывается упражнениями, совсем несложными.
Оригинал взят у
Оригинал взят у
( узнать, что было дальше )
На видео, представленном ниже, заснята и успешно испробована мной одна из возможностей работы с этой способностью – способностью точно соотносить по высоте звучания звуки, которые человек слышит и которые сам издает. Это простое упражнение, доступное каждому , когда-то казалось мне просто невыполнимым и ужасным. Сейчас я, когда-то боявшаяся открыть рот и пропеть любую мелодию, делаю его легко и просто. С помощью этого упражнения человек обучается звучать выше-ниже , меняя высоту звучания, что как раз и является необходимым условием для развития «музыкального слуха».
При выполнении этого упражнения могут обнаружиться трудности: например, оказывается, что голос в каких-то местах становится неуправляемым и как будто звучит сам по себе, причем не очень точно и не очень красиво. Одновременно замечается, что при этом в теле человека проявляются напряжения, из-за которых точно изменить высоту звучания не получается. Скажу по секрету, эти телесные напряжения, как оказалось, и являются теми самыми накопленными обидами и прочими бедами, которые проявляются при любых попытках петь в недружественной среде. Немного работы и охоты точно звучать – и эти напряжения быстро уйдут. На видео ребята не показывают работу с напряжениями, зато подробно показывают и рассказывают, как освоить способность звучать выше-ниже. А работу с напряжениями, я думаю, мы покажем позже.
Удачи!
Я отвечаю: - Да, спасибо, я знаю!
А чего знаю-то? Что я знаю, если я вот что-то что хотела и как-то сделала и у меня получилось и я радуюсь просто потому что получилось, я понятия не имею молодец я или не молодец. Но вот сказали же. И тут точно надо сказать "спасибо". В детстве учили, я помню. Я чувствую наполненность и радость. Я не чувствую себя молодцом. Или умницей. И когда я говорю "спасибо" я не чувствую зачем я его говорю. Раньше. Это про раньше.
А тут до меня ночкой темной дошло такое. Вот сделала я что-то и мне говорят: "ух ты! классно, молодец!". И я все также не чувствую что молодец, но я чувствую, что человеку понравилось раз он так сказал, значит для него это тоже имеет значение. Его затронуло. Для него это радостно. Значит он где-то, как-то, разделяет со мной эти мои эмоции и чувства радости и наполненности. И я тогда ему говорю: спасибо. И это искреннее спасибо, тому кто не равнодушен ко мне, моим делам, чувствам и эмоциям. Вот так я говорю спасибо. И тогда оно от души. Из глубины. И в нем есть не только звуки мною произносимые, но и чувства. Посыл. То есть я вложила свою энергию, сделала что то, а другой человек увидел это и оценил - получил заряд энергии и сказал что-то доброе, а я приняла и поблагодарила его. Вот такой круговорот энергии у меня получился.
А то у меня и такое случалось. Скажут мне "молодец", я отвечу положенное "спасибо" и думаю себе " а че это он?, вот за что это он мне? я же итак вот все знаю и вообще не спроста это он, не спроста. Никакая же я не молодец (потому что не чувствую молодцом себя), сделала я то что хотелось мне, какое же тут "молодец".
В общем грустно получалось. Еще и оглядываюсь по сторонам "где тут у нас молодец какая-то стоит"?! И кто такая вообще эта молодец? И главное почему молодец? Почему "круто", "здорово" и всякое такое. А все просто. Потому что энергия.
Как-то так у меня по ночам бывает. И нарисовать мне вот такие размышления сподручнее, чем сидеть тут в слова пеленать. Потому что у меня сначала в голове картинка, а потом слова к ней. Титрами.
Низкая срачабельность

Секс. Вот мужчина не захотел. Сейчас вопрос не в мужчинах и не в том, что у них за процессы и с чем они связанны. У меня включается обостренное болезненное самоуничижение. И всеми доступными способами я старюсь все же развести мужчину на секс, соответственно, чем больше я прикладываю усилий, тем болезненнее воспринимаю отказ. До слез. Обид. Впадение в состояние полной несознанки и отключения от мира сего. Погружение в мир оскорбленной, не нужной, зависимой, униженной, отвергнутой. Звучит смешно, если б не было так грустно и тоскливо это переживать. Мужчина в свою очередь начинает чувствовать себя виноватым, делать пасы в сторону примирения и по головке погладить, но любое действие от мужчины воспринимается ответным злорадством (куда ж ты сука от меня денешься, еще поползаешь и пр ахинея) и холодным отчуждением. Включается желание доказать, причинить боль, наказать, показать что мужчина мне не нужен и вообще ничтожество ходячее. А от реакции мужчины, на сие поведение, боль усиливается и погружение углубляется. Все. Пиздец, где-то рядом и любимый выход из сложившейся ситуации - на хуй с пляжа, я в печали. Мужчина за дверь, я в гордом и прекрасно-болезненном одиночестве.
Говорить в такие моменты невозможно, горло буквально сдавлено и дышать то тяжко. Ебало настолько прекрасно, что можно показывать тем кого к смертному приговору приговорили - никаких других инструментов казни не понадобится.
Единственное - пережить. Подвывая, покатываясь где-нибудь в уголку по полу... пережить, переждать, как утихнет и отпустит. Дальше несколько вариантов. После того как попустит надо говорить с мужчиной. Если не дурак, то хорошо, если дурак, то хуже. У меня последний вариант перевел все в шутку. Зря. Накрыло меня апосля тяжело. И уже агрессия была направления четко на него, но скрыта и завуалирована, что бы меня обвинить было нельзя. Сегодня вот осознала и про это. Завтра поговорю про то что смеяться нельзя. Как выход - если мужчина будет учиться сочувствовать. Потому что это про то что больно. Очень. А женщина учиться работать с подобным состоянием. Это я про себя. Меня отпустило вот. Полегчало. И убивать никого не хочется. И жизнь налаживается.
Меня зовут Екатерина, я активный волонтер РОД «Петербургские родители».
Мы очень редко о чем-то просим. Но сейчас у нас очень мало времени, а проблема действительно требует немедленных действий.
Обращение Председателя совета движения «Петербургские родители» Уваровой Лады
Помогите Саше и Паше, детям-сиротам, оказаться дома!
СБОР ПОДПИСЕЙ: http://otkazniki-spb.ru/?option=com_pol
Друзья, у нас случилась беда. Двое детей-сирот, Саша и Паша, не окажутся в семье, как мы все мечтали. Вместо этого Саша отправится из дома ребенка Новгородской области в детский дом, а Паша — в психоневрологический интернат. Саша и Паша — близнецы, от которых мать отказалась после их рождения. Саша — здоровый и умный мальчик, а Паша получил родовую травму и стал «особым» ребенком. Он не ходит, сильно отстает в развитии. Конечно, в любящей, заботливой семье он мог бы хорошо реабилитироваться и даже ходить, но о семье Паша даже и мечтать не мог… где найти такую героическую семью…
Когда в рамках нашего совместного с Комитетом образования, науки и молодежной политики Новгородской области проекта «Дети ждут» мы сделали страницу Саши на сайте www.sirota-no.ru, мы надеялись, что семья найдется хотя бы для него, потому что он умный, красивый и очень ранимый, нежный мальчик. Но потенциальные приемные родители отказывались от знакомства с Сашей, узнав, что у него есть брат-инвалид. И сколько мы ни размещали информацию на усыновительских форумах, родителей не было. И вдруг случилось чудо! Настоящее чудо, от которого хочется плакать от счастья. Нашлась семья, которая захотела взять Сашу. А узнав о том, что есть Паша, сказала, что возьмет и его. И знаете, что это оказалась за семья? Это семья Натальи и Александра Клименко, удивительных, выдающихся людей, существование которых примиряет с тяготами жизни и дает надежду. Клименко берут в семью тяжелых детей-сирот, тех, у кого нет шанса найти родителей, и выхаживают их. У Клименко 11 детей, старшие, двое сыновей выросли, и супруги решили взять приемного ребенка. И взяли двух девочек-близнецов, одна из которых была, как считала опека, «бесперспективным, не подлежащим семейному устройству» инвалидом. Сейчас девочкам по 18 лет, они окончили обычную школу, умницы, красавицы и помощницы. А еще у Клименко четверо приемных детей с синдромом Дауна… они широко известны в кругах родителей детей-даунят своими успехами в реабилитацией детей. И еще — брат и сестра с умственной отсталостью. Семья живет в огромном доме на Кубани, куда они приехали из Приморья, чтобы дети жили в хорошем климате. У них огромный участок с садом и цветами, две игровых, спортзал. Читая статьи об этих людях, я испытывала гордость за наш народ, ведь они — наши соотечественники. И радость, что они станут родителями Саше и Паше, обогреют их, дадут им счастливую жизнь в цветущем краю…
( читать дальше )
Российская семья, вполне благополучная, между прочим, и разумная с виду, решила жить на своей земле и восстанавливать сельское хозяйство в одной заброшенной деревеньке в глуши Ярославской области.
"43-летний Михаил и его 41-летняя жена переехали в Ладейки из Ярославля в 2007 году. До этого Юлия некоторое время работала воспитателем детского сада, а потом сидела с детьми. Михаил был ведущим специалистом информационно-аналитического отдела Мосгорводоканала. Устав от шумного мегаполиса, да и от расстояний, супруги решили уехать в деревню, чтобы растить детей в гармонии с природой и семьей."
Телевизора и Интернета в семье нет, хотя может быть, вот сейчас бы Интернет им и пригодился - выпутываться из судебных передряг, на которые их обрекли органы опеки. Обрекли - самое правильное слово, потому что истинные причины, почему опека подала в суд с требованием лишить родительских прав эту благополучную во всех отношениях семью - это обращение самой семьи Даниловских-Шайденко с просьбой в местную, областную и Генеральную прокуратуры, а также в администрацию Президента разобраться, почему местные органы самоуправления вмешиваются в их семейную жизнь. Становится понятным, что это просто месть опеки.
( Read more... )
Очень подкупает то, что эта семья - не фанатики, просто нормальные люди, выбравшие такой вот здоровый во всех отношениях образ жизни, чувствуют они себя в своем праве, искренне не понимают, где они нарушили закон (а нигде и не нарушили, живут в соответствии с Конституцией и Федеральными законами своей страны) и почему их преследуют.
У них вполне благородные цели - поднять сельское хозяйство в глубинке - и весьма похвальный образ жизни, которые немногие из нас способны вести, а настораживают они нас просто своей необычностью. Да, каждый их нас может казаться в чьих-то глазах кем-то необычным, это не повод для судебных преследований, и тем более лишения родительских прав.
Действительно, как бы им помочь...
Сделаем доброе дело - хотя бы перепост в своем ЖЖ и других блогах и будем следить за развитием ситуации.
Интервью с семьей Михаила и Юлии Шайденко и пояснения Михаила к статье:
http://www.ntm-tv.ru/news/our/u_semi_ots
и еще:
http://www.ulizza.ru/novosti/yaroslavl-u-d

24 октября 2011 года 17:13
Отшельникам дети не положены!

Чиновники силой хотят забрать у семьи, перебравшейся из города в глухую деревню, трех сыновей и дочку
Текст целиком >>>
Везде по ссылкам на СМИ МОЖНО пройтись и оставить свои комментарии. Они также имею вес, если ссылаться на Законодательство.
( Статьи законов )
UPD: продолжение здесь: http://freeedu.livejournal.com/182796.ht
Я не такая, как должна бы быть. Я не такая, какой меня хотели видеть родители. Я не такая, какой меня воспитывали. И вообще я какая-то не такая. Только сегодня я этим не кичусь и не бьюсь головой об стену. Я не знаю, как это все с нормальностью соотносится, и что такое нормальность тоже не понимаю.Знаю только, что это уже меня не остановит идти дальше. Признавать себя чуть-чуть грустно, мне. Мне грустно от того, что я обманывала себя, грустно, что в каких-то моментах это, пожалуй и сейчас так. И я не могу щелчком пальца измениться - раз и все. Это долгий и трудоемкий процесс. Это грустно. Хочется сразу. Хочется стать для себя дед Морозом и волшебником. Достать из мешка подарки и дать их себе. Взять их и применить. Но вот я знаю, что если дед Морозом я еще стать могу, то поверить увидеть и принять - не факт, пока. Где-то слышала фразу "искусство маленьких шагов", кажется это про то. Я верно иду по дороге осуществления своих желаний. Это приятный путь. Но не простой. Временами мне кажется что я не могу больше, что не справляюсь, что не получается, что и не хочу уже даже, что тяжело и даже невыносимо, а самое тяжелое для меня выныривать, потому что когда выныриваешь - мир то прежний. Реальности никто не отменял.
А на плече сидит крыса. На левом. Она запрыгнула ночью, в ресторане, в туалетной комнате. Немало меня напугала и не покидает уютное плечо даже после пробуждения. Я все боюсь что она меня цапнет за ухо, но в тоже время она ласковая и мурчит. После моего откровенного к ней послания она перевоплощается в кошку с белым пушистым хвостом. Отзывчивая. Не хочет меня пугать.Принимает более подходящий моему восприятию вид. Спасибо.
Отдаю за неимением в личном хозяйстве перечисленного выше корма. Кончился.
Забирайте срочно, иначе чудовище само сдохнет от голода. А жалко, много все таки лет кормила растила)
Держишь свое сердце в руке, сжимаешь покрепче, пусть себе стучит, только не громко и что бы не болело, а если где-то кольнет, так я его еще крепче и как колет не чувствую и вообще нечего.Жесткие пальцы привычны.
В старадавнии те времена отношения мои с алкоголем существовали. Интимные. Только ему я анастезию сердца доверяла. Когда невмочь как за забор махнуть треба. И руки в крови и тело к прогулкам не привыкшее и мозг предвкушающий безумуство нежданное охреневший и глаза слепые темнотой вскормленные. Прогулки оканчивались увечьями, разочарованиями и пустотой, но вроде же как сходила, проверила. Делать там нечего. И снова сижу. До следующего не в терпеж сердце жму кулачками. По-разному бывало, бывало что сердце отрафировалось настолько что и держать не было необходимости и бродила тогда где-то. Бродила только не видела. И не слышала. А сердце оживало и встрепенется как от ветерка, так я снова в кладовку. Иногда оно так легко и так слегка оживало, что я не сразу и убегала. Тогда еще больнее, сильнее сжимать надо.
А как сейчас?
Сейчас я во дворе. Сердце под солнцем греется, в теньке остывает, ветер ловит, в озере купается. Я вижу калитку. Она все чаще не заперта. Выхожу за нее, оглядываю территорию и расширяю свои границы. Да и забор уже не тот, по колено примерно, из деревяных таких колышком, крашеных в лиственный зеленый цвет. Но и прежний забор не снесен. Он спрятан под землю. Есть кнопка тревожная и периодически она включается, забор стремительно сбрасывает листву и взмывается вверх, я цепляю сердце и бегом мчусь в кладовку. Потом ловлю себя на этом автоматическом, привычном ходе, останавливаюсь, оглядываюсь, взвешиваю и принимаю решение. И самое мне удивительное что за все это время реальной опасности так и не было. Потому сердце кладется обратно наслаждаться, забор опускается, снова слышится щебет птиц да треск цикад. С еще тысячами звучаний.
Иногда я бегаю в своем дворе бегаю. В разные стороны. Мечусь. Не понимаю. Не чувствую. Не слышу. И это уже ен кладовка. И в кладовке я не была уже давным давно. Не заглядывала. И сна снятся райские. И территория все больше, все шире. И кажется что вот уже и дом не нужен. Не бываю я в нем. И двор маловат. И там же что-то еще. Сколько я не видела то всего. Манит. Можно и пойти. Но что если можно увидеться это все не идя? Не действуя. Другим путем. Если в себя. Где-то я не там сейчас. Что-то такое есть. Но я не вижу, толкьо чувствую что есть и что я этого хочу. А по сути то я все в той же кладовке, только она больше, комфортнее и светлее, живее. В ней больше жизни.
Да и во дворе алкоголь не нужен. Вообще. Интересно, а если я смогу и без дома и без двора, если пойду себе дальше и пойду, не оглядываясь, не думаю ни что будет с домом, ни смогу ли я вернуться, ни что же я буду делать когда накатит паника и тревога, а вот пойду - что тогда мне станет так же однозначно без надобности?
И на этом месте у меня на глаза наворачиваются слезы, не потому что страшно, а потому что я точно пойду. Это знание. И оно меня не спрашивает, оно знает, сама же бегала тут по двору и кричала хочу, хочу, хочу, с радостными воплями слыша-видя-чувствуя-глотая, что-то новое и красивое и завораживающее. Вот и все. И я прощаюсь. И с домом и с родной - пусть темной, пусть душной, но привычной - кладовкой. И с садом-озером-травкой-лугом-этим небом-кузнечиками-гусеничками-птичками. Не вернусь. И это все такое родное станет песочницей. С той стороны. Другой.
Я сижу и наслаждаюсь тишиной, покоем и неиссякаемостью этой энергии. Любуюсь ее совершенством и упорядоченностью. Я вглядываюсь в поверхностью тихой глади, проникая взглядом глубже и приобретая глубинность и суть.
Я хочу остаться здесь навсегда, но пока чувствую зов обратно и понимаю, что должна вернуться, но я запоминаю дорожку. Каждый камешек. Все мои ощущения. Я буду возвращаться сюда вновь и вновь, пока зов поверхности не отпустит меня, пока глубина не захватит меня настолько, что я перестану его слышать и беспокоиться. И тогда я останусь здесь, в этом покое. В этом умиротворении.